Госплан СССР – воспоминание о будущем?

Проблема централизованного планирования автоматически становится наиважнейшей с момента рождения революционной России, а затем СССР. Как известно, К. Маркс и Ф. Энгельс особо не задумывались о будущем социалистического государства, которое должно появиться после неизбежной революции. Вся их научная деятельность была в основном посвящена проблематике периода, предшествующего тому моменту, когда  пролетариат возьмет власть в свои руки. 

В.И. Ленин уделил этому вопросу несколько больше внимания, однако активная политическая и организационная деятельность требовала от него, прежде всего, рекомендаций по текущим делам. Что будет потом при «диктатуре пролетариата», рисовалось им крупными мазками, без конкретных деталей и было посвящено, в основном, роли государства. Например, в работе «Государство и революция», написанной в 1917 году, Ленин, не вдаваясь в детали, провозгласил, что главное в социализме - «учёт и контроль». Поэтому не удивительно, что после революции возникла необходимость срочно разрабатывать принципы и методы планирования экономики. Причём, делать это пришлось на ходу, в условиях Гражданской войны. 

Три концепции Госплана 

Госплан РСФР возник в начале 1921 года на базе ранее работавшей Государственной комиссии по электрификации России (ГОЭЛРО). В 1923 году был создан Госплан (Государственная плановая комиссия) при Совете труда и обороны СССР при Совете народных комиссаров СССР. В это время Госплан СССР выполнял консультативную роль, координируя планы союзных республик и только. Лишь с 1925 года он начал формировать годовые планы развития народного хозяйства, которые назывались тогда контрольные цифры. 

Бланк Государственной плановой комиссии Союза ССР (Госплана СССР). 1936 год 

На первых порах аппарат Госплана составлял всего 40 человек. В 1925 году была создана сеть подконтрольных Госплану планирующих организаций по всей стране. Первым советским экономистам и плановикам приходилось сталкиваться с совершенно новыми явлениями, во многом двигаться на ощупь, первыми в мире создавать механизм планирования централизованного государства. 

Практически сразу в работе Госплана столкнулись две линии. Первую представлял Г.М. Кржижановский, возглавлявший планирование в стране с 1920 года до начала реализации первой пятилетки. Он опирался на заветы В.И. Ленина «сделать Госплан высшим советом выдающихся учёных и практиков науки», в составе «не более ста человек первоклассных экспертов». Кржижановский стоял на позициях децентрализованного планирования и ориентировался на группу таких учёных, как Н.Д. Кондратьев, А.В. Чаянов и др. Впоследствии они были репрессированы. 

Вторую линию на жёстко централизованное планирование (её поддерживал И.В. Сталин и она в итоге победила) отстаивал В.В. Куйбышев, который и возглавил Госплан СССР в 1930 году. Однако поначалу приверженцев этой линии было меньшинство. Позднее лидером этой группы учёных стал академик С.Г. Струмилин. 

Стоит отметить, что была и третья линия – либеральная, представленная экономистом Б.Д. Бруцкусом, высланным из России в 1922 году на «философском пароходе». На Западе в это время классический либеральный подход к экономике, в том числе и к планированию, отстаивали Людвиг фон Мизес и, несколько позднее, Фридрих Август фон Хайек. Уже тогда эти экономисты подметили многие трудности в централизованном планировании, с которыми, действительно, впоследствии пришлось столкнуться Госплану СССР. Мизес, например, ещё в 1920 году в работе «Экономический расчёт в социалистическом обществе» утверждал, что «возникнет непреодолимое препятствие для выбора конкретных процессов производства из множества, также будет невозможно сопоставить расходы альтернативных предложений и оценить необходимость тех или иных хозяйственных решений и даже выполнение работ при планировании из единого центра». 

Ф.А. фон Хайек в работе «Использование знания в обществе» подчеркивал другой аспект проблемы, а именно, важность «конкретных обстоятельств времени и места» и декларировал существование особого вида знания, которое невозможно назвать научным, но которое чрезвычайно важно – «это знания людей, местные условия или особые обстоятельства». Мизес акцентировал внимание на невозможность надлежащего экономического расчёта центральным органом, а Хайек говорил о том, что только рыночные цены несут полную информацию - сигналы и отражают оценки факторов производства, в то время как центральный орган не располагает необходимым механизмом, могущим сыграть ту роль, которую в рыночной системе играют деньги и поэтому не может справиться с оптимальным распределением ресурсов. 

Б.Д. Бруцкус в свою очередь подтверждал выводы коллег на примерах хозяйствования первых лет советской власти – так называемого военного коммунизма. 

Важность работ Мизеса и Хайека заключается в том, что они показали: даже если в социалистическом обществе все граждане окажутся альтруистами и «святыми» - всё равно рациональное планирование экономики будет невозможно или сильно затруднено из-за отсутствия необходимого механизма. Однако эти учёные абсолютизировали свои идеи и делали вывод о невозможности планирования при социализме в принципе.


Фридрих Август фон Хайек (1899-1992 гг.), видный экономист и философ, сторонник либеральной экономики и свободного рынка  

В СССР же была развёрнута так называемая дискуссия об «экономическом расчёте в социалистической экономике». Ряд учёных предпринял попытку решить задачу соизмерения экономических величин, не прибегая к стоимостному денежному учёту. Дискуссия в СССР по этому поводу была лишь небольшой частью общемировой дискуссии, в которой поучаствовали в 20-е – 30-е гг. большинство авторитетных экономистов, как теоретиков австрийской школы (либеральное направление), так и учёных социалистического толка из различных стран. 

Таким образом, практика социалистического строительства и международные дискуссии показывают актуальность и новизну темы. 

Курсом на жёсткую централизацию 

Между тем, в СССР к 1930 году победила линия жёсткого централизованного планирования, и началась сталинская индустриализация. Следует отметить, что в это время подобные или похожие методы доминировали во всём мире, чему способствовали тогдашние господствующие производственные способы – конвейерная система и крупномасштабное производство. Не случайно Ленин выделял «потовыжимающую» систему организации труда Тейлора, при которой жёсткая централизованная система могла бы эффективно функционировать. Особенно хорошо такие методы работали в предвоенной и военной обстановке. На подобной платформе строились, скажем, милитаризованные экономики нацистской Германии, Японии, к этому клонился и новый экономический курс президента США Ф.Д. Рузвельта и предложения величайшего экономиста Запада Дж. М. Кейнса. Казалось, весь мир идёт в эту сторону жёсткой централизации планирования. 

Капиталистическая фабрика начала XX века – наглядный пример «потовыжимающей» системы Тейлора 

В СССР эта система функционировала до конца войны. В качестве примера теоретического обоснования этой системы можно привести работы Н.А. Вознесенского, который в то время руководил советским Госпланом. 

Скрытые недостатки жёсткой экономики стали видны позже – через 20, 30 и даже 50 лет после упомянутой дискуссии. Прежде всего, выяснилось, что из-за усложнения экономических процессов, нюансы, подмеченные Мизесом и Хайеком, никуда не делись, а лишь ждали своего часа. Некоторые из них были проанализированы учёными социалистических стран. Прежде всего, надо отметить венгерского экономиста Я. Корнеи, который первым поставил проблему дефицита и несоответствия народно-хозяйственных пропорций. А дискуссия о применении неденежных измерителей в экономике, о возможности товарного производства при социализме, о натуральных показателях продолжалась в СССР вообще до 1991 года. 

Методология и ещё раз методология 

Основным вопросом при любом планировании (а планирование присутствует в экономике всегда) является методология. Той экономики, в которой действует лишь невидимая рука рынка, соотносящая спрос и предложение, в реальности не существует. На самом деле, в любой экономике существуют большой государственный сектор; сильный сегмент, связанный с монополистическим ценообразованием; общественный; коммерческий секторы. И во всех экономиках, включая капиталистические, в той или иной степени применяются методы централизованного управления и планирования. 

Несмотря на многочисленные сложности, возникшие в ходе практики планирования в 20-30-е гг., советские экономисты изобрели и разработали множество новаций и принципов, на которых строился народно-хозяйственный план, и которые до сих пор могут быть востребованы практиками планирования во всём мире (на деле они и используются во многих странах). 

Прежде всего, - это комплексный подход ( причем, в динамике) к циклу воспроизводства, включающий в себя и прогноз, и стратегию, и бюджетирование, и мониторинг. 

Или межотраслевой баланс, за который впоследствии его, так сказать, изобретатель Василий Леонтьев получил Нобелевскую премию. Или методы совмещения региональных и отраслевых подходов. Или математический инструментарий на основе линейного программирования. 

В вычислительном центре Госплана СССР. 1970-е гг. 

Очень эффективной была система размещения производительных сил, осуществляемая через специальные организации - Совет по изучению производительных сил (СОПС) и Комиссию по изучению естественных производительных сил (КЕПС), которые разрабатывали программы на длительный период. И опираясь на них, планирующие органы могли видеть, так сказать, каркас развития экономики на перспективу. 

Особенно большой опыт был накоплен в так называемом Сводном отделе Госплана. Его задача заключалась в том, чтобы обобщать всю информацию с мест и комплексно оценивать перспективы тех или иных экономических решений в рамках всего народного хозяйства. К сожалению, в современной России опыт этого отдела не используется – после распада СССР отдел вместе с самим Госпланом канул в лету, специалисты разбежались, наработки и документы были утрачены. 

Каким должен быть российский Госплан 

На сегодняшний день такого рода организаций, как Госплан, в России нет, как нет соответственно и долгосрочной программы размещения производительных сил и трудовых ресурсов. Существует, правда, Стратегия пространственного развития России до 2025 года, но она базируется не на той методологии, которой пользовались в СССР, а просто фиксирует текущие процессы или заимствует данные из федеральных целевых программ и, вполне возможно, от группы лоббистов во властных структурах. И таким образом, эта стратегия в большей степени ориентирована на территориальное планирование, оставляя без внимания проблемы стратегического планирования. 

Есть также закон о стратегическом планировании, принятый в 2014 году. Однако никаких шагов по претворению его в жизнь так до сих пор и не последовало. Фактически получается, что закон имеет декоративный характер. 

В современной России никто и не помышляет о планировании на таком уровне, какой осуществлялся Госпланом. В лучшем случае говорят об индикативном планировании. Это – менее жёсткий вариант планирования, который опирается на развитую рыночную экономику. То есть, если существуют рыночные институты, а главное, между ними есть конкуренция (всё это, конечно, нужно ещё обеспечить), тогда основная задача планирующих органов, с одной стороны, формировать параметры, индикаторы, а с другой стороны, определять меры государственного воздействия в целях их достижения. 

На практике у нас всё обстоит иначе. На деле, вместо параметров составляются какие-то прогнозы, которые не имеют обязательной силы, более того, они часто пересматриваются. Хотя в законе о стратегическом планировании и предусматривается, что прогнозы должны использоваться для формирования определенных стратегий, затем соответственно, при выделении бюджетов, проверки и мониторинге, в реальности же дальше прогнозной стадии дело не идёт. 

При этом надо отметить, что и правительство, и региональные органы управления разрабатывают много стратегий - по несколько стратегий и программ есть у каждого региона, каждой области, отрасли. Так что в стране очень много стратегий, которые утверждены, имеют целевые индикаторы и показатели. Однако никто не пытается состыковать их, скоординировать на какой-то научной основе. 

Сейчас функции планирования возложены на Министерство экономического развития, и ничто в принципе не мешает ему заниматься этой деятельностью. Однако ныне в Министерстве экономики ограничиваются лишь составлением (или сбором) прогнозов и не доводят никакие экономические программы до конца. Более того, за них, за их невыполнение, никто не отвечает. 

Кроме того, полномочий этого министерства недостаточно, чтобы воздействовать на Министерство финансов при принятии им решений о финансировании того или иного плана, программы, стратегии. Дело в том, что ранг минфина в правительстве существенно выше. Чтобы выработанные нормативы планирования действовали, необходим орган, сопоставимый по влиятельности с Министерством финансов. Кстати, в советское время Госплан во властной иерархии занимал более высокое положение, нежели Минфин. 

Современный возможный российский Госплан в отличие от советского должен, очевидно, строиться на других основах. Скажем, Госплан СССР брал на себя очень много функций – распорядительных, контрольных, административных и т.д. И таким образом отвлекался на выполнение несвойственных ему задач. 

Нынешний планирующий орган, в отличие от советского, должен в гораздо большей степени заниматься методологическими проблемами планирования, причем в постоянном режиме. Для этого сейчас есть технические возможности, а именно, информационно-коммуникативные технологии, специальные программы и соответствующий математический инструментарий. Используя их, планирующий орган смог бы оперативно определять все направления деятельности и просчитывать все варианты последствий. 

В этом случае отпадает необходимость в тотальном контроле, и появляется возможность сосредоточиться на гибкой и тонкой настройке всех экономических процессов. 

Думается, что сейчас необходимо продолжать внедрять закон о стратегическом планировании, добиваться его претворения в жизнь. Под этот закон создавать теоретическую базу, учитывая при этом советский опыт, в первую очередь, Госплана. Причем, изучать необходимо не только положительный, но и отрицательный опыт, чтобы самим избегать типовых ошибок. Например, вспомнить о советской Системе оптимального функционирования экономики (СОФЭ), создатели которой абсолютизировали возможности планирования и полагали, что в принципе реально просчитать все аспекты, детали и нюансы экономических процессов. На практике реализовать эти идеи советских ученых не удалось – это было тупиковое решение. 

Конечно, современное планирование не должно обладать той жёсткостью, которая была характерна для советского Госплана (особенно это качество планирования проявлялось в годы Великой Отечественной войны, когда в условиях мобилизированной экономики необходимо было производить столько-то танков, самолётов и прочего вооружения). Нынешнее планирование обязано обеспечить экономический рост, развитие, процветание страны и повышение благосостояния людей.

Андрей Бунич, кандидат экономических наук, президент Cоюза предпринимателей и арендаторов России, член Зиновьевского клуба МИА «Россия сегодня» – для Агентства СЗК

Мнение эксперта

Ольга Епифанова: Идеология – это свет

Для современной России однозначно нужна идеология. Что такое идеология? Это свод определенных целей, а также принципов и ценностей, с которыми мы живём. И которые, как фонарь освещают нам тот путь, по которому мы идём. Мы…

Коротко

Александр Ремезков о своем опыте не рассчитывать на государство в обеспечении пенсией при доходе 331 млн руб. (2014 г.)

"Каждый работающий, если он не инвалид, то он заботится о своей пенсии. Переваливать на государство тоже сложно. Если есть возможность, то надо позаботиться о том, чтобы создать себе возможности в старости быть обеспеченным и самостоятельным... Я на пенсию и не рассчитывал. Старался построить свою жизнь, обеспечить себя пенсионными накоплениями».  

    Александр РЕМЕЗКОВ, первый заместитель председателя комитета Госдумы по бюджету и налогам

    Выступление в Госдуме депутата от ЛДПР Сергея Иванова по актуальным социально-экономическим вопросам.

    Книжный

    «Взлёт над пропастью. 1890-1917 годы»

    Книга доктора исторических наук, профессора МПГУ Александра Пыжикова «Взлёт над пропастью. 1890-1917 годы» посвящена последним трём десятилетиям Российской империи. На этом историческом отрезке сконцентрировалось всё:…

      Go to top