"Мы отдаем дань памяти всем павшим в боях на "Втором фронте" в Европе. Вклад союзников в победу над Третьим рейхом понятен. Его не следует, безусловно, преувеличивать. Тем более умалять при этом значение титанических усилий Советского Союза, без которых этой победы просто не было бы... Как отмечают историки, высадка в Нормандии не оказала принципиального влияния на исход Второй мировой и Великой отечественной войны. Он был уже предопределен в результате побед Красной Армии, прежде всего, под Сталинградом, Курском".

Дополнительная информация

  • Коротко

    Мария ЗАХАРОВА, официальный представитель МИД РФ

Вчера по пути на саммит G20 в Варшаву заехал президент США Дональд Трамп. Не в Британию, не во Францию, а именно в Польшу. Его замысел понятен - в канун встречи «двадцатки» и разговора с Владимиром Путиным Трамп хочет поиграть на региональных амбициях Польши. Для Трампа – это большая политика. А что все произошедшее в Польше значит для нас? 

Апофеозом визита Трампа стало его выступление на площади Красиньского перед памятником героям варшавского восстания 1944 года. Это место очень почитаемо поляками. А сами поляки, как стало понятно из речи Трампа, – очень важный народ. «Старый и верный союзник», – сказал американский президент. 

Выступление Трампа длилось 36 минут. И почти двадцать минут из них Трамп говорил об истории Польши, демонстрируя хорошее знание вопроса. Разбирается ли на самом деле бывший бизнесмен Трамп в сложных извивах польского исторического пути? Сомнительно, да и не важно – речь ему написали политтехнологи, которым положено знать и саму историю, и то, как на это выступление должны реагировать те, к кому оно будет обращено. И они внимали словам Трампа так, как и ожидалось, - на площади плескалось людское море с бело-красными и звёздно-полосатыми флажками и целый час неутомимо скандировало: «До-нальд Трамп! До-нальд Трамп!». 

О чем же конкретно вещал Трамп? Польша - страна, которую всё время кто-то хотел поделить, а она «никогда не сломилась». В 1920 году Польша на Висле остановила Красную Армию, собиравшуюся завоевать европейские страны. В 1939-м на территорию Польши снова вторглись: с запада – Германия, с востока – Советский Союз, и польский народ подвергся «двойной оккупации». Летом 1944 года нацистские и советские войска готовили «ужасную и кровавую битву в Варшаве». И варшавяне восстали, чтобы защитить свою родину, патетически восклицал американский президент. 

Трамп по сути залил добрую порцию русофобии в и без того переполненный котел польской ненависти к России. Ненависть эта не сегодня и не вчера родилась. Просто сегодня у поляков есть все возможности для ее практической реализации – например, сносить памятники нашим солдатам, спасшим Европу, включая Польшу, от фашизма. 

У Росси нет союзников, кроме… 

Так что же мы, Россия, должны понять, усвоить из визита Трампа в Польшу? Наверное, то, что так афористично выразил еще Александр III, который пророчески указал, что у России нет союзников, кроме ее армии и ее флота. Впрочем, однажды он сделал для черногорского правителя Николы Негоша исключение, публично подняв тост за «своего единственного друга». Сегодня у нас нет больше и такого союзника, как Черногория. 

Александр III знал, о чем говорил. Россия спасла Европу от Наполеона I, а в результате этого на западных границах Российской империи возникли очень недружественные сильные Германия и Австро-Венгрии. Николай I послал русскую армию в Венгрию для подавления революции 1848 года и восстановления Габсбургов на венгерском престоле. Подавил и восстановил – а в благодарность за эту услугу император Франц-Иосиф потребовал себе политических компенсаций за свое невмешательство во время Крымской войны. Император Александр II в 1870 году в ходе франко-прусской войны сохранил нейтралитет, сдержав таким образом слово, данное императору Вильгельму I, а восемь лет спустя на Берлинском конгрессе Бисмарк лишил Россию плодов ее побед над турками. 

Французы, англичане, немцы, австрийцы — все в разной степени делали Россию орудием для достижения своих шкурных целей. 

А затем была история, которую Александр III уже не застал. Например, события Первой мировой войны, когда мы во исполнение «союзнического долга» начинали неподготовленные наступления и умывались кровью в Пруссии. Когда послали целый легион воевать во Францию, где французы затыкали им дыры и великодушно позволяли русским умирать за французов. Потом Франция отплатила нам за героизм русских солдат оккупацией и грабежом нашей территории в ходе Гражданской войны. 

Эти солдаты русского легиона во Франции во исполнение "союзнического долга" умирали за французов...

А затем была Вторая мировая война. И вновь история с союзниками повторилась. В июне 1941 года, когда русские и немцы сошлись в кровавой схватке, американский сенатор Гарри Трумэн заявил, что «нужно помогать русским, если немцы начнут побеждать, и немцам, если начнут побеждать русские. И пусть они убивают друг друга как можно больше», чтобы после войны никто не посмел оспаривать господство США. Вскоре сенатор Трумэн стал американским президентом. 

А фраза Трумэна нашла прекрасное воплощение в реальности. Примером тому служит открытие Западного (Второго) фронта в Европе, когда он уже воюющему Советскому Союзу реально помочь не мог. Зато СССР помог союзникам, когда вермахт прижал их в Арденнах и начал методично перемалывать их дивизии. После многократных личных просьб Черчилля Сталин отдал приказ о наступлении Красной Армии, и немцам стало не до Арденн. 

Сегодня это решение видится не таким уж бесспорным и правильным. А может быть, не стоило спешить помогать заклятым союзникам? 

Ошибки, ошибки… 

Была в свое время у нас такая очень популярная песня «Москвичи», которую пронзительно исполнял Марк Бернес. И была там такая строчка: «Но помнит мир спасенный, Мир вечный, мир живой Сережку с Малой Бронной И Витьку с Моховой». 

И мы наивные верили, что так есть и так будет. Как же мы ошибались... 

Как выясняется, этот мир не помнит ничего. Мы, освободители Европы от фашизма, стали сегодня для нее оккупантами, такими же, если не худшими, чем фашисты. Русофобия стала ныне составляющей европейской политической теории и практики, стала одной из сущностных идей мировоззрения и мировосприятия Запада.

 Что же касается Польши, то там она превратилась, кажется, в важнейшую часть польской идентичности. 

Не так давно глава государственного Института национальной памяти Польши Лукаш Каминьский заявлял, что символизировавшие «господство коммунистической системы над Польшей» советские памятники должны быть снесены и перенесены в музеи. Таких памятников и монументов в Польше около 500. 

Руководитель института объяснял свою позицию так: «Сохранение этих памятников является следствием незавершенности в Польше преобразований начала 1990-х. Это была роковая ошибка, которая уже много лет дает топливо, используемое в пропаганде и провокациях, нацеленных против нашей родины». И вот сегодня для исправления этой ошибки в Польше принят закон о демонтаже этих памятников. Теперь «война против памятников», которая уже не одно десятилетие ведется Варшавой, получила законодательное оправдание. 

Интересно, что было бы с польским городом Краков, который гитлеровцы собирались стереть с лица земли, если бы не подвиг группы советских разведчиков, о котором рассказано в нашем известном фильме «Майор Вихрь»? Существовал бы красавец-Краков, если бы не войска Маршала Советского Союза И.С.Конева, которого потомки жителей спасенного им от разрушений города «отблагодарили» - улицу, названную в честь маршала-освободителя, переименовали в улицу бойцов Армии Крайовой, а памятник ему демонтировали? 

Что было бы с красавцем-Краковом, если бы не подвиг советских разведчиков "майора Вихря"? 

При освобождении Польши во Второй мировой войне погибло более 600 тысяч советских воинов. И вот теперь сохранение памяти о них в Польше называют «роковой ошибкой», которую по закону нужно исправить? 

Ударом на удар 

Недавно в телеэфире первый заместитель председателя комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Франц Клинцевич плачущим голосом попросил поляков не портить памятников при их демонтаже и выразил готовность забрать их, чтобы разместить у нас, в Смоленской области. Его собеседник, поляк, удовлетворенно кивал головой: «Конечно, мы ж не варвары, портить не будем – забирайте их себе». Несколько ранее Клинцевич озвучил свою позицию по отношению к Польше и к памятникам: «Думаю, через какое-то время полякам будет за него (за закон о сносе памятников – прим. автора) стыдно». Бр-р-р! 

Другую точку зрения также на днях озвучил Николай Харитонов, депутат Госдумы от КПРФ, который посчитал возможным в ответ на решение польского Сейма о сносе памятников «разорвать дипломатические связи, отозвать своего посла, польского прогнать, всякую торговлю в Польше закрыть». Мне такая позиция понятнее и ближе, чем «благородство» и прекраснодушие Клинцевича. 

Наша власть должна окончательно уяснить для себя, что все, что происходит в Европе, в первую очередь, в Польше – это атака на нашу идентичность. Великая Отечественная война – это одно из немногих сакральных событий в нашей истории, которое безоговорочно признается таковым большинством многонационального российского общества. И любое посягательство на эту святыню нужно рассматривать, как святотатство, как кощунство, для ответа на которое никакие меры не могут считаться чрезмерными. 

В Польше принят закон о сносе советских памятников - отныне "война с памятниками" ведется там на законных основаниях

Разорвать дипломатические и экономические связи с Польшой? Мало. У нас есть мемориальный комплекс в Катыни. Почему бы нам в ответ на польское решение о сносе памятников не объявить его наличие на нашей территории «роковой ошибкой» со всеми вытекающими последствиями? 

Думается, что сегодня вообще наступил момент кардинального пересмотра нашей внешней политики. В свое время Владимир Путин в Мюнхенской речи заявил о наличии у России собственных интересов. Какой переполох тогда поднялся в мире! Надо идти дальше. Необходимо законодательно табуировать любые «великодушные и благородные» акции и действия, когда проблемы других стран решались бы ценой любых, даже минимальных, наших потерь. Например, прощать кому-то долги или оставлять безответными (ноты МИДа не считать адекватным ответом!) любые враждебные по отношению к России действия. 

Не надо предаваться иллюзиям – Запад, Европа нас не любила и не любит. Мы никогда не будем для нее «своими». Сейчас нас не только не любят, но и не уважают. А вот если мы перестанем безропотно сносить плевки и пощечины и начнем достойно, адекватно, ассиметрично, да хоть перпендикулярно, отвечать на каждый русофобский жест, тогда они хотя бы задумаются. А там видно будет. 

Вот такой, думается, урок надо извлечь из выступления Трампа в Варшаве и реакции поляков на эту речь. 

Владимир Капитонов, Агентство СЗК

 

Россия переживает сегодня сложное время. Кризис, который не обошел стороной и нас, очень непростые отношения с  США, Великобританией, а также с Турцией, Саудовской Аравией, Украиной, европейские и американские санкции… 

В такой ситуации невольно задаешься вопросом: на кого мы вообще сегодня можем рассчитывать как на партнеров, союзников? Есть ли таковые в мире? 

Некоторые наши оппоненты уже поторопились заявить об изоляции России. Так, польский профессор Пшемыслав Журавский вель Граевский, мнение которого недавно распространили СМИ, считает, что: «Сложно отыскать государство в нашей части мира, с которым считаются и которое имело бы хорошие отношения с Россией, не будучи при этом ее вассалом». Профессор убежден, что «Россия показала себя как государство, которое и далее пребывает в изоляции». 

Вообще-то эта идея довольно старая и далеко не польская. Это - конструкт, который в свое время соорудили США в форме «государств-изгоев». Эти государства, мол, полностью выключены из мировых политических процессов и находятся в абсолютной международной изоляции. Кстати, президент США Б. Обама тоже в свое время говорил об изоляции России. 

Подобная точка зрения бытует не только за рубежом. Она нередко воспроизводится и в самой России. Звучит она примерно так – в результате того, что Россия явила всем непривлекательный образ агрессора (подразумеваются активные усилия России по возвращению в мировую политику, включение в состав РФ Крыма и действия в Сирии), она окончательно растеряла-де своих и без того малочисленных союзников, и все, мол, повернулись к нам спиной. 

Однако если трезво взглянуть на политическую реальность, становится понятно, что все далеко не так трагично, как пытаются нас уверить оппоненты и «доброхоты». 

Союзники у каждого государства в мировой политике то возникают, то утрачивают такой статус. Это очень динамичное явление. Если посмотреть на ту же Америку, то она достаточно вольно обращается с союзниками, исходя исключительно из своих глобальных интересов - кого-то вводит в их число, других переводит в разряд сателлитов, а третьих лишает этих статусов. 

Еще несколько лет назад вряд ли кто-то мог предположить, что Россия сможет участвовать как активный актор в сирийском урегулировании; что Сирия станет союзником России; в их число войдет Иран, который, например, дал «добро» на пролет российских ракет через свое воздушное пространство. То, что у нас есть союзники, доказывает, например, голосование в ООН, когда США далеко не всегда могут продавить свои решения, поскольку «против» голосует не одна Россия, а также страны, которые ориентируются на нас. 

Конечно, необходимо отдавать себе отчет в том, кто такие вообще союзники в современных условиях. Тот же Иран, являясь ныне нашим союзником, ориентирован, в первую очередь, на решение собственных задач и достижение своих целей. И очень часто интересы наших союзников могут противоречить нашим российским. 

Это, кстати, хорошо видно на примере Евразийского экономического союза. Между его участниками нередко возникают противоречия, основанные на разности интересов, которые приходится решать на разных уровнях. 

Следует исходить из того, что в международной политике нет простых союзников, все они сложные. Кроме того, надо понимать и тот факт, что нет и однозначных противников, врагов, раз и навсегда утвердившихся в этом статусе. 

Вспомним, что вопрос по Сирии решили США и России. И это при том, что на тот момент многие политологи называли наши страны в этом конфликте противниками и даже врагами. 

Россия на самом деле является самодостаточным центром политической силы, цивилизационным центром. И поэтому мы по умолчанию являемся конкурентами Европе, Азии, США и другим странам и центрам силы. И именно поэтому мы не можем рассчитывать на некую привязанность или даже любовь со стороны союзников, на полное одобрение и согласие с нашей политикой, словом, на все то, что в массовом сознании ассоциируется с некими идеальными союзническими отношениями. Кстати говоря, такой тип отношений и сам идеализированный образ союзника в мировой политике никогда не работал – это, скорее, риторическая фигура, которую можно эффектно использовать лишь в политических дебатах и дискуссиях. 

В нынешней политической реальности, которую выстраивает Россия, наверное, уместнее говорить не о союзниках, а о партнерах. Эти партнеры разные, например, дружественные на данном этапе, как Китай, или часто меняющие свою позицию, как, скажем, Беларусь или Казахстан. Но с этими партнерами можно вести дела, договариваться, планировать. Именно этим наши нынешние партнеры отличаются от идеализировавшихся нами же в течение долгого времени, так сказать, союзников, которых «кормили», но они, как оказалось, всегда держали камень за пазухой.     

 

 

Мнение эксперта

Фото: https://canoe.com

В Польше продолжается снос наших памятников, в странах Восточной Европы все кому не лень называют нас оккупантами, немецкий историк призывает снести звонницу на поле танковой битвы Великой Отечественной войны под Прохоровкой… Интересно, до каких пор…

Интервью

Фото: Агентство СЗК

Закон и справедливость, их наличие или отсутствие, их несоблюдение и попрание, их соотношение и их противоречие – вечная тема для России. Причём, если закон трактуется всеми примерно одинаково как нормативно-правовой акт, устанавливающий границы возможного поведения,…

Коротко

Колинда Грабар-Китарович о самых прекрасных днях в своей жизни

«В то время я работала в Министерстве иностранных дел, где у нас было полно работы до и после операции «Буря» (когда из Хорватии было изгнано более 250 000 и убито 2500 сербов): мы тогда готовили сообщения для международного сообщества. Я хорошо помню эти моменты, это были великолепные дни, что-то неописуемое... (Хорваты) должны быть глубоко благодарны всем, кто участвовал в операции».

    Колинда ГРАБАР-КИТАРОВИЧ, президент Хорватии

    Роберт БЁРТОН, английский священнослужитель, писатель, ученый

    Программа Сергея Шаргунова «Двенадцать», посвященная 20-летию возвращения из изгнания выдающегося русского мыслителя, философа, писателя, художника Александра Зиновьева.

    Книжный

    «Секретные» пушки Кремля»

    Название спецвыпуска (журнал «Оружие» № 7/2019) «Секретные» пушки Кремля» вполне соответствует жизненным реалиям. Уже сто лет кремлевские пушки находятся в закрытой зоне Московского кремля. К…

      Go to top