Записка регулятора в стиле «reductio ad absurdum»

Критика в отношении жесткой денежно-кредитной политики Центрального банка нарастает. Недовольство высокими процентными ставками выражают, как простые люди, которым стало сложно оформлять ипотеку, приобретать автомобили и жизненные блага помельче, так и представители бизнеса, которым для покрытия расходов по кредитам приходится отдавать существенную часть прибыли.

Регулятор не раз давал объяснения своему курсу. Но витиеватые речевые обороты и малодоступная для понимания неспециалистов терминология, должного эффекта не возымела. Центробанк решил, что более убедительным будет специальное исследование, доказывающее его правоту, выпущенное в свет в печатном виде.

И вот 11 марта 2026 года Центральный банк России опубликовал аналитическую записку, в которой предупредил о серьёзных последствиях резкого снижения ключевой ставки до 3%. Особое внимание следует обратить на слово «резкое» и три процента. Это скоро понадобится для оценки текста и содержащихся в нем выводов. В записке эксперты ведомства смоделировали (тоже слово, достойное внимания) сценарий, в котором ставка снижается с текущих 15,5% до 3% «для дополнительного стимулирования экономики» при инфляции на уровне 6%.

Пугающие выводы исследования, по мнению сотрудников Центробанка, должны заставить оппонентов признать свою неправоту и свернуть критику. Так, в краткосрочной перспективе, пишут авторы, низкая ставка поддержит экономический рост, но эффект окажется мимолетным, и через три года темпы замедляется, завершившись реальными потерями ВВП. То есть кризисом. Кроме того, избыточное снижение ключевой ставки приведёт к двузначной инфляции — от 20% и выше. Эта цифра аналитикам показалась недостаточно пугающей, поэтому они развили мысль, упомянув высокие «инфляционные ожидания» (надо признать, фактор более чем туманный, но постоянно применяемый регулятором) бизнеса и населения. В уточненном виде прогноз выглядит реально пугающим: годовая инфляция достигнет означенных 20% уже через два года, 40% через три года и превысит 100% через семь лет. В таких условиях, нагнетают хоррор писатели, производство и предложение товаров ограничатся, а инвестиционный климат ухудшится. Перспективы развития окажутся под угрозой из-за дестабилизации цен и потери доверия к финансовой системе.

При этом авторы замечают, что для нагнетания жути есть еще резервы, поскольку они не учли факторы ослабления рубля или накопления дисбалансов в финансовом секторе.

Вот сейчас самое время вспомнить про «резкое» и «три процента». Исследователи проявили себя как настоящие ученые, поскольку применили полемический прием, известный еще древним грекам, как «reductio ad absurdum». То есть доведение позиции оппонента до абсурдного вида, бессмысленность которого очевидна всем и не требует дальнейших доказательств. Однако никто (кроме полных невежд в области экономических знаний) и не требует «резкого» снижения ключевой ставки. И уж тем более не фигурирует показатель «три процента». Центральный банк в полном соответствии с древнегреческими рецептами приписал абсурдное требование оппонентам и с легкостью с ним расправился. Кстати, прием хорошо действует при наличии административного ресурса и невозможности возражений.

Записка изобилует цифрами, сроками и прочей конкретикой, которая должна, по мысли авторов, добавить убедительности прогнозу. Но прогноз в классическом понимании содержит не столько цифры, сколько аргументы, на основании которых эти цифры получены. Это же относится и к «моделированию». Прогнозная модель базируется на факторах, вскрытых взаимосвязях и взаимозависимостях. В ином случае это не модель, а нарратив.

В записке ни одного аргумента. Все выводы базируются исключительно на непоколебимой уверенности в правоте курса организации, поручившей написать записку (так и хочется уточнить «апологетическую»). Что-то типа «всегда прав, а если не прав, см. пункт номер один». Признать этот метод научным (записка называется «исследованием») никак нельзя. Несмотря на цифровые показатели, точные сроки (особенно примечателен семилетий (!) «прогноз» по инфляции). Нельзя потому, что ничем не доказаны. А «уточнения» и «конкретика» лишь вызывают желание задать вопрос: «Почему?»

Представленный в виде записки нарратив (иное слово вряд ли подходит), - не более чем очередная попытка регулятора обосновать свою правоту и прозрачно намекнуть на то, что курс жесткой денежно-кредитной политики будет продолжен. Однако как это ни парадоксально, можно усмотреть и некоторую пользу. Не рациональное зерно - его там нет, сколько ни ищи даже с микроскопом. А именно пользу, которая заключается в том, что, действительно, резко снижать ключевую ставку нельзя, поскольку будут переломаны установившиеся экономические пропорции. Одновременно надо понять, что современная инфляция порождена не монетарными факторами и контроль над ростом цен делегировать антимонопольному ведомству. Без него с современной инфляцией не справиться.

Но это вовсе не означает, что ставку снижать не надо. Надо. Но постепенно, плавно, давая возможность включаться адаптационным механизмам. И если этим не заняться в ближайшее время, то можно получить ужасы, представленные в записке.